Демосфен и Цицерон

Наряду с трагедиями Эсхила и Еврипида, "Историей" Геродота и диалогами Платона, "Сравнительные жизнеописания" Плутарха - величайшее литературное наследие античной Греции, сохранившееся до наших дней. Это сочинение - одна из тех поистине бессмертных книг, над которыми не властно время: и сегодня, спустя две тысячи лет после своего создания, она читается с неослабевающим интересом.

"Сравнительные жизнеописания" великих людей Античной Греции и Рима составляют сегодня наиболее значимую часть литературного и историко-философского наследия древнегреческого автора Плутарха (46- 120/130 гг. н.э.). В галерее созданных Плутархом образов - нам известны 22 парных и 4 самостоятельных жизнеописания - биографии Александра Македонского (356-323гг.

Василий Панфилов - Время не ждет!. Изменений всё больше, и вот-вот История сорвётся неудержимой лавиной, сметая всё на своём пути. Мир никогда не станет прежним. К худу ли, к добру… Попаданцы сами не знают это, верша историю и искренне надеясь на лучшее – лично для себя, для страны или всего мира… Убит Рузвельт, СССР прекратило сотрудничество с США и вовсю сотрудничает с Германией.

Андрей Степанов - Связующее звено. Последнее задание исполнено. Не с блеском. И не так, как хотелось бы. Но все, кажется, успокоилось. Кроме бурлящих сомнений самого Максима. Что-то не так – в цепи событий не хватает связующего звена и ответа на главный вопрос: почему все это происходит и кто по-прежнему пытается использовать Максима в своих гнусных планах?

Емельян Пугачев заставил говорить о себе не только всю Россию, но и Европу и даже Северную Америку. Одни называли его самозванцем, авантюристом, иностранным шпионом, душегубом. Другие считали народным заступником и правдоискателем, признавали законным императором Петром III. Именно в этого неоднозначного человека, в самый разгар крупнейшего крестьянского восстания, попадает наш современник – далекий потомок Емельяна Пугачева.

Книга «Город без войны» – это подростковая фантастика, написанная в жанре постапокалипсиса. Перед нами альтернативный мир, похожий на наш, но без средств массовой информации. Тут нет ни телевидения, ни интернета. Безымянный город, в котором живёт главный герой, подросток Сашка, уже давно воюет с соседним городом Энском. По стечению обстоятельств Сашку обвиняют в измене, и он находит пристанище в рядах наёмников.

Итальянское государство рушится под натиском Красной Армии, Советский Союз заключает с Ватиканом Договор о Сосуществовании. Разбиты хорватские усташи, несколько стремительных ударов мехкорпусами ОСНАЗ выбивают из войны Венгрию. Высадившись на юге Франции, советские войска неудержимо продвигаются к Парижу. Все еще надеясь на потустороннюю помощь, Гитлер продолжает приносить массовые жертвы темному богу, а к папскому нунцию в Швейцарии приходит женщина с фальшивыми документами, которая просит католическую церковь принять у нее публичное покаяние.

Третий Рейх находится у последней черты. Потеряны плоды побед сорокового – сорок первого годов, и только Австрия, часть Польши, а также Богемия и Моравия пока остаются под властью немецких нацистов – поклонников «истинного арийского бога», имя которому Сатана. За два года, прошедших с начала войны, на востоке вермахт сильно ослаб, а Красная Армия в тяжелейших боях обрела невероятное могущество.

Третий континент и его союзник нанесли Арамантиде поистине сокрушительное поражение: воздушный флот взят в плен, столица захвачена, всюду устанавливаются чужие порядки. Непокоренным остался лишь мыс Горн, и авионерам предстоят бои не на жизнь, а на смерть. Их так мало решительных, героических авионер, а врагов целая армада. Неужели это окончательный разгром великой Империи?

Старший лейтенант морской пехоты Российской Федерации Степан Алексеев продолжает боевые действия против фашистов. Благополучно добравшись до легендарной «Малой земли», старлей почти сразу с горсткой бойцов уходит в рейд по вражеским тылам.

Там, где появляются не ведающие страха диверсанты, горят вражеские штабы, взрываются стоянки техники и десятками гибнут оккупанты… Но тут Алексеев обнаруживает немецкий аэродром, с которого взлетают пикирующие бомбардировщики, заваливающие фугасками позиции защитников «Малой земли».

В альтернативной Российской Империи у власти стоят потомки древнеславянских богов. С годами в обществе развивается малокровие, божественная сила слабеет, и генетическое наследие, передаваемое поколениями, становится все меньше и меньше. Проблемы в империи под стать ее божественной власти: мертвецы восстают из могил, города кишат нечистью, обеспечивая местной полиции постоянную занятость.

Альтернативная история. Сражения в Прибалтике, полегли тысячи солдат. Чем же закончится кровопролитие?

Более полувека читатели черпали из романов Джона Ле Карре представление о настоящих, лишенных показного героизма, трудовых буднях британских спецслужб и о нравственных испытаниях, выпадающих на долю разведчика. В 2020 году мировой классик шпионского романа ушел из жизни, но в свет успела выйти его последняя книга, отразившая внутреннюю драму британского общества на пороге Брексита.

Кайя Дохерти вернулся, и расколотая на куски страна замерла в ожидании.

Слишкоммного с нимсвязано надежд, и слишкоммало времени дано, чтобы прийти в себя. И, собирая разорванную в клочья семью Дохерти, Изольда пытается вернуть и мужа, вновь научить его любить и доверять. Ведь только собрав себя заново, Кайя сумеет справиться и с собственной силой, и с Хаотом, который готов нанести удар по миру, и с мятежниками, что уверены, будто пушки остановят войну.

Новые методы правосудия: смертельно больного человека казнят вместо настоящего преступника, а тот получает новую жизнь, т.е. занимает место умершего в его семье и в обществе. При этом в его мозг вживляют специальное устройство, которое отключает человека при любых проявлениях злобы и агрессии.

Внимание! Сокращенная аудиоверсия является набором избранных глав текстовой книги, ее содержание не совпадает с содержанием текста.

Жизнь быстротечна: даже участники трагедии 90-х забывают ее детали. Что же говорить о новых поколениях, выросших после августа не только 1991-го, но и 1998-го? О тех, кто был защищен от кошмара либеральных реформ своим младенчеством и до сих пор молчащими от стыда родителями, – и потому верит респектабельным господам, так уверенно лгущим о свободе и демократии?