Капкан для «Тайфуна»

Жизнь преуспевающего бизнесмена Сергея Владимировича подошла к рубежу, когда уже можно подвести некоторый итог прожитым годам. Еще не окончательный, но все же. Выходец из буйных 90-х – боец, бригадир, лидер ОПГ по кличке Фома – нажил деньги, сумев, в отличие от многих, шедших с ним по одной дороге, разменять их на годы жизни. Неплохой, надо сказать, жизни.

Здравствуй, уважаемый незнакомец! Книга Карюха - Михаил Алексеев не разочарует и заинтересует, но она не станет последней в твоей жизни. Необычные и оригинальные герои, которые вызывают интерес у зрителя, создают атмосферу в произведении.

На фоне живописных пейзажей хотелось бы оказаться рядом с ними и остаться как можно дольше. Благодаря обилию разнообразных фразеологизмов текст приобрел живость сюжета и сочный язык.

Рыцаря Средневековья можно было ошеломить, заставить отступить, но убить было крайне сложно. При отсутствии орудий поражения оставался только вариант – нанести смертельный удар стилетом, в более ранние времена носившим название «мизерикорд», в сочленение доспеха.

В нашей истории группа армий «Центр» представляла собой такого рыцаря, который шел напролом к своей цели – столице нашей страны.

Дмитрий Янтарный - Изгнанник. Арка 3. Книга 2. Невозможно прожить жизнь, не пожертвовать для этого ничем. Всегда придётся делать непростые выборы, всегда придётся становиться на чью-то сторону. Вот только я уже сделал свой выбор, вызвав из небытия утерянную реликвию расы вимрано… Кинжал порядка. И мой вынужденный уход в столицу Корроско только играет мне на руку.

Алексей Губарев - Пират. Андрей наконец-то вырвался из аномалии, попутно обзаведясь сверхчеловеческими возможностями и верным питомцем.

Казалось бы, дальнейшие планы просты: поиски Земли и спасение товарищей, оставшихся в зоне А-один.

Но космос велик и бескраен, а мутаген, бегущий по венам, вне аномалии ведёт себя совершенно иначе.

Добро пожаловать в онлайн-стратегию «Зона А-два», игрок золотого ранга! Ваш уровень значимости – 0.

Алексей Лавров - Персонаж с демоном. Книга 6. Вих обзаводится недвижимостью, попадает под суд и устраивает фестиваль. Характер Насти продолжает портиться.

Он был королем мира подпольных боев у себя на родине. Он был молод, красив и богат. Многие признанные мировые чемпионы не были ему соперниками. Он любил…

Он жил ради неё и сражений…

В один момент всё это пропало.

Он потерял жизнь и даже свое имя. Та, в кого он был влюблен еще с детства, предала его, вонзив нож в сердце…

А в совсем ином и далеком мире только что умерший мальчишка, лежащий в грязной канаве, неожиданно открыл глаза.

Родион Дубина - Кодекс выживания. Земля. Казалось, что всё закончилось и наладилось. Все те безумства позади и ничего плохого уже не случится. Но это было только начало… Начало действительно глобальной катастрофы.

Лучшее место для развития Заклинателей в мире Никрим – Облачная Обитель. Миллионы воинов мечтают попасть туда, а тысячи, что уже оказались достойными, стремятся урвать себе место повыше.

Кай покорил её. Стал Первым в Списке Десяти Тысяч, одолев гениального соперника, равных которому ещё не встречал прежде. Однако время не стоит на месте.

«Чародей из Арбузовки» – фантастический роман Александра Седых и Вячеслава Седых, вторая книга цикла «Великолепные зверята и чародей из Арбузовки», жанр детская литература, боевое фэнтези, попаданцы.

Древнее заклинание перемещает пятиклассника Никитку в волшебный край Арбузной Земляники, где счастливо живут симпатичные зверята, похожие на пушистых человечков.

Учёные спровоцировали глобальную катастрофу, проводя свои научные эксперименты. Результат деятельности учёных стал таков, что часть нашего мира, нашей реальности переместилась в другое пространство, параллельное нашему. Земля в той реальности уже давно переживает постапокалиптический ад, где обитают мутанты, где радиационный фон зашкаливает, а в разрушенных городах проживают религиозные фанатики.

Тридцатичетырёхлетний безработный неудачник, который последние десять лет своей жизни провёл, не вылезая из своей комнаты, заканчивает свои дни выброшенным на улицу, где и гибнет под колёсами грузовика, пытаясь спасти от смерти группу школьников. Но не умирает, а лишь переселяется в тело младенца в ином, совершенно отличном от нашего мире.

Тридцатичетырёхлетний безработный неудачник, который последние десять лет своей жизни провёл, не вылезая из своей комнаты, заканчивает свои дни выброшенным на улицу, где и гибнет под колёсами грузовика, пытаясь спасти от смерти группу школьников. Но не умирает, а лишь переселяется в тело младенца в ином, совершенно отличном от нашего мире.

Ная Геярова - Возвращение. «И черные крылья, скроют тьму, что живет в каждом из нас. И настанет рассвет…».

.

Я – дочь властвующей семьи, студентка Института Чародейства подающая большие надежды. И нечисть, для мира в который попала. Он – высший дракон, инквизитор и пришел за мной. Теперь мне во чтобы то ни стало нужно не выдать себя. А на мне еще трактир и внезапно ожившая древняя метелка.

«И черные крылья спрячут тьму, что живет в каждом из нас. И настанет рассвет…» .

Я – дочь властвующей семьи, студентка Института Чародейства, подающая большие надежды. И нечисть для мира, в который я попала. Он – высший дракон, инквизитор и пришел за мной. Теперь мне во что бы то ни стало нужно не выдать себя. А на мне еще трактир и внезапно ожившая древняя метелка.

Фигура анархиста Нестора Махно (1889–1934) противоречива и неоднозначна. Батрак, рабочий, арестованный и сосланный за участие в революции 1905 года, организатор «Революционной повстанческой партии Украины», воевавшей и против войск Деникина и Врангеля, политик, на совести которого немало жестоких дел, человек мятущийся, многого так и не понявший, таким предстает Махно в своих воспоминаниях.

Настасья Карпинская - Мой визави. В один момент моя жизнь рассыпалась на части, и я, держась за своё упорство, могла бы пытаться настоять на своём, пытаясь всё изменить… Но дело в том, что я устала стучаться в закрытую наглухо дверь. Устала… И впервые сдалась. А теперь пытаюсь собрать себя по частям, по тем крохам, что ещё остались, периодически срываясь в бездну самоуничтожения в попытках найти того, кто будет способен заглушить эту ноющую боль внутри.