Крысиная башня 4

O «Крысиных гонках».

Своего рода продолжение Крысиной Башни. Это не «линейное продолжение», когда взял и начал с того места, где прошлый раз остановился. По сути – это новая история, с новыми героями – но которые действуют в тех же временных и территориальных рамках, как и персонажи КБ. Естественно, они временами пересекаются.

Почему так «всё заново»? Потому что для меня – и дла Вас тоже, наверняка, - более интересен во-первых сам процесс перехода, как выражается Олег, «к новой парадигме», и интересны решения, принимаемые в этот период; во-вторых интересна попытка анализа действий героев в разных условиях.

O «Крысиных гонках» Своего рода продолжение Крысиной Башни. Это не «линейное продолжение», когда взял и начал с того места, где прошлый раз остановился. По сути – это новая история, с новыми героями – но которые действуют в тех же временных и территориальных рамках, как и персонажи КБ. Естественно, они временами пересекаются.

Почему так «всё заново»? Потому что для меня – и дла Вас тоже, наверняка, - более интересен во-первых сам процесс перехода, как выражается Олег, «к новой парадигме», и интересны решения, принимаемые в этот период; во-вторых интересна попытка анализа действий героев в разных условиях.

Наступили смутные времена, экономический кризис напрочь обвалил стоимость рубля в восемь раз. Новая власть не в силах исправить текущее положение дел. В городе начались беспорядки, мародерства стали неотъемлемой частью выживания. Для тех кто не успел пополнить запасы провизии, грозила голодная смерть. Олегу этот колапс был заранее известен, и он позаботился заранее о своей семье.

Мир рухнул как карточный домик. Дизайнеры, эффективные менеджеры, художники и остальные люди подобного рода не могут тянуть столь большую ношу, и кормить миллиарды людей. Случился настоящий колапс. Каждый день становится всё хуже и хуже. Массовые мародёрства, убийства и ограбления стали нормой жизни. Осень наградила новой эпидемией, которая забрала значительную часть человечества.

В очередной книге серии «Этногенез» — «Армагеддон», отряд археологов из соединенных штатов обнаруживает в мексиканской сельве ранее не обследованный древний город Майя. Здесь в гробнице хранится кувшин, запечатанный восковой печатью и фигурка скарабея. Они не знают, что до сих пор только скарабей сдерживает древнее зло, хранящееся в кувшине.

Утверждают, что самыми суеверными являются люди опасных профессий. Опасности в ремесле Счастливчика Леонарда и его людей хоть отбавляй, ведь они — охотники за сокровищами Прежних. А еще говорят, что к своим мечтам следует относиться с осторожностью. Случается, что их исполнение оборачивается огромными проблемами. Так произошло и с Лео. Но он справится, потому что рядом с ним его любимая девушка, верные друзья и могучий бойцовый пес древней калхнийской породы.

События на Севере Аквы бурлят хлеще летних штормов, и даже сильнейшие мира того не могут удержать в руках всех нитей. Вездесущий клан Бриз, желая лишить Бора монополии на судостроение, ведёт тайные опыты по созданию парового двигателя – но важные чертежи похищают буквально из-под носа верховного тана. Внутреннее противостояние разрывает клан Муссон – почему всем так важно завладеть артефактом, принадлежащим дочери магистра? Случайно ли воздушный шар уносит её в чужие воды, где островитяне находят в океане древних монстров из дерева и стали? Даже безобидные ткачи клана Сирокко отнюдь не просты: они втайне проводят чудовищные опыты над гигантскими растениями, делая из них разумных управляемых хищников.

«– …Идея нашего наступления такова: мы должны поразить мир невиданным и нестерпимым ужасом… Четверо сидящих за столом опять вынули сигары, но на этот раз не усмехнулись. Глаза инженера Корвина медленно мигнули. Игнатий Руф сильно потянул воздух ноздрями.

– …Мы должны произвести столбняк, временный паралич человечества. Острие ужаса мы направим на биржу.

Двенадцать были уничтожены 20 лет назад, и ужасающий век тьмы, обрушившейся на мир, закончился. Оставшиеся в живых постепенно выходят из убежищ. Они мечтают об обнадеживающем будущем и полны решимости построить общество заново. Но далеко, в мертвом мегаполисе, ждет он: Зиро. Первый. Отец Двенадцати. Мучения, которые разрушили его человеческую жизнь, преследуют его, и ненависть, порожденная его перерождением, горит ярко.

Фантастические рассказы Марины Ясинской, вошедшие в сборник «Звёздный камень», отличаются от других произведений этого жанра тем, что их с удовольствием читают даже те, кто крайне далёк от фантастики. В антураже галактических войн, космических круизов и марсианских пустынь, в мирах с ограниченным сроком жизни, дефицитом пресной воды, пересадкой человеческого сознания и с цифровой реальностью, полностью заменившей обычный мир, разворачиваются самые что ни на есть настоящие человеческие истории, хорошо понятные и знакомые каждому: истории любви и самопожертвования, свободы и преданности, борьбы с судьбой и поиска себя.

В этом сборнике читатель познакомится с теми, кто лишь похож на нас. Узнает, что объединяет старый револьвер, исполинского паука, цирковую обезьяну и закованную в броню боевую машину. Пройдёт вместе с героями рассказов по безлюдным землям и выжженным пустошам. В сборнике вас ждут верность и предательство, отчаяние и надежда, подвиг и покаяние.

Здесь ведутся морские войны в бассейнах, здесь ходят на хвастинги в поисках работы музыканты, здесь бойко торгуют суй-венирами и расплачиваются займовыми картами-аурум. Здесь в каждой шутке — неприличная доля правды, а в каждой нелепице — изрядная порция нашей реальности. Вторая часть сборника — это нереалистическая проза, в которой органично сочетаются мистика, фантастика и сказка.

...

Кто бывал в Консате, должен помнить узкую и крутую лестницу, вырезанную в береговых скалах. Лестница начинается у площадки с колоннадой и ведет к морю. Внизу её отделяет от воды только узкая полоска земли. Покрытая ноздреватыми камнями и круглым галечником, она тянется между морем и желтовато-белыми скалами от Долины Юга до самой Северной Косы, где наклонной иглой пронзает небо обелиск — памятник погибшим астролетчикам.

В этом мире не осталось ничего святого, кроме чистой и ничем не замутнённой ненависти. Казалось бы, всё самое плохое уже случилось, только вот бездна бездонна, и всегда найдётся, куда упасть ещё ниже, было бы только желание. А желание есть - желание упасть и утащить всех за собой, чтобы в итоге возвыситься и обрести власть. Но есть и те, чья ненависть сильна, а пламя этого чувства способно спалить любую скверну…

Добро пожаловать в Североуральск-19! Скрытый от людских глаз храм секретов, советская утопия за колючей проволокой и тюрьма добровольного содержания. Город потерянных людей. Тех, чьи судьбы сплелись воедино между индустриальным молотом и политической наковальней. Тех, кто своими глазами встретил необъяснимое и жуткое, кого Североуральск-19 пережевал и выплюнул на обочину жизни.

КНИГА ведущего историка-сталиниста! Анализ главного военного мифа XX века. Разгадка тайны «молниеносной войны» и феноменальных побед Вермахта в 1939—1941 гг.

Знаете ли вы, что немецкие триумфы в Польше и Франции стали полнейшей неожиданностью не только для врагов Рейха, но и для самих гитлеровцев? Почему Блицкриг провалился в СССР и, несмотря на чудовищные потери Красной Армии, отчаянное сопротивление советских войск не только не было сломлено, а наоборот – возрастало? Удалось бы отстоять Москву, покинь Сталин столицу в октябре 41-го, когда немцы были в 30 км от Кремля? Знаете, что в те страшные дни М.

Когда людям будут стирать воспоминания…

Когда всем внушат, что насилия и обмана больше не существует…

Когда война останется в далеком прошлом, как и сама память о ней…

Тогда появится тот, кто восстанет против нового порядка!

Тот, кто считает: человек до конца остается человеком, только если помнит себя таким, какой он есть.

Израиль, конец 1990-х – начало 2000-х. Двенадцатилетняя Мишка растет в благополучной семье с мамой-сказочницей и папой-профессором. Вся ее жизнь круто поменяется, когда она узнает о разводе родителей. За четыре года Мишке придется резко повзрослеть и пережить слишком много драматических событий, чтобы обрести свой голос и понять, что настало ее «время говорить».