Лисички

Инсценированные страницы 3 части эпопеи «Преображение России» в исполнении артистов МХАТа. История инженера Матийцева, заведовавшего шахтой, принадлежавшей бельгийской компании. Он был уволен, а позже арестован за свои обвинительные слова в адрес хозяев о каторжном труде и кошмарных условиях жизни шахтеров. Это стало началом его революционного пути.

Здравствуй, читатель! С утра пораньше лучше всего не читать книгу Дима Семушкин и его друзья (автор Заславский Алексей) – можно сильно опоздать на работу. Приятно окунуться в золотое время с его маленькими и не очень радостными, но такими важными для каждого человека проблемами. Благодаря уму, харизме, остроумию и благородству, сразу чувствуешь симпатию к главному герою и его спутникам.

31 декабря в гости к Зое Эдуардовне приходит старый знакомый Дед Мороз — Григорий Андреевич Котиков, который надеется на совместную встречу Нового года и верит в народную примету: «С кем Новый год встретишь, с тем его и проведешь». Однако, в связи с некими прошлыми прегрешениями, Зоя Эдуардовна не желает встречать с Григорием Андреевичем Новый год.

По сказке Л.Станчева «Резиновый человечек».

Радиопостановка по пьесе Л. Леонова "Усмирение Бададошкина".

Пьеса «Усмирение Бададошкина» писалась с 11 июня до начала июля 1928 года.

В этой «трагикомедии», как определил ее жанр сам автор, Л. Леонов завершает, уже в гротескно-сатирических красках, целую линию обреченного на безусловное вымирание купечества «новой» формации. От Николки Заварихина, полного сильных и опасных в ту пору замыслов («Вор»), к «тятькиному отростку», выродку нэпмановской формации Полуекту Раздеришину («Провинциальная история») и наконец — как герметический тупик — к гипертрофированному в своих социальных амбициях рыботорговцу Бададошкину — такова картина деградации социального слоя, которому не нашлось места в новой послеоктябрьской действительности.

Уверен, настольный спектакль Игоря Растеряева. Нет смысла в особом анонсе – два казенных слова названия сказали о многом. Важно, что за ними скрывается подлинный праздник.

Ключ к пониманию - год выхода. Спектакль, в полную грудь вдохновляющий пафосом созидания, расцвечен событиями и обстоятельствами, о которых ранее говорили вполголоса: головотяпство и некомпетентность властей, блат, приписки, кумовство, косность и неприятие нового, кризис среднего возраста и отношений между поколениями.

Продолжение повести "Живуны" о молодом деревенском парне, ставшем передовым производственником. В новой повести, спустя время, уже пожилым человеком он вернулся в родную деревню и включился в работу по подъему сельского хозяйства.

Федор и Таня любили друг друга, но так случилось, что судьба все время разлучала их: война, работа в разных городах. Они перезванивались, писали письма, и встреча постоянно откладывалась. А потом Федор женился, и все оборвалось. Увидевшись через много лет, оба горько пожалели, что не боролись за свою любовь.

Под сукном названия - добротная производственная пьеса без "Даёшь!", авралов и катастроф. Завязывает сюжет небольшое происшествие без особых последствий - сибирский ЦБК случайно сбросил в реку самый чуток токсичных отходов.

Краснокнижные поклонники производственных драм просмакуют пеший темп повествования, скупую событийность сюжета, органику музыкального обрамления и отсутствие любовных коллизий уже из одних соображений разнообразия.

Одноактный радиоспектакль. Капитолина Павловна живёт с двумя дочерьми. Старшая не успела обзавестись семьёй, её избранник не вернулся с войны, но на многие годы остался в сердце девушки, так и оставшейся холостой. Подросла и младшая дочь. Ей пока нет восемнадцати, но она твёрдо решила выйти замуж за своего возлюбленного, несмотря ни на что.

Тайна раскрыта. Денизе вернули титул, земли, рудники, обелили имя отца. Теперь она самая богатая невеста в королевстве. Плюс Эдвард решил, что пора менять традиции, и что лучшей королевы, чем она, ему не найти. Дениза сбегает на войну, уговаривая короля дать ей время подумать.

Роман Кена Фоллетта – грандиозная панорама самых темных лет в истории Англии, когда борьба за престол и междоусобные войны были привычным фоном жизни. Автор разворачивает перед читателем сплетенные в единый клубок истории самых разных людей – от простых ремесленников до графов и членов королевских семей – и следит за своими героями на протяжении более чем полувека.

Жадность до добра не доводит, это старая истина. Старая сказка на новый лад — ещё одно тому подтверждение.

Моя мать меня не любила. Я ее в этом не виню – трудно винить табурет за то, что у него нет спинки, правда? Если бы у него была спинка, это был бы стул, если бы моя мать меня любила, это была бы не моя мать. По крайней мере, она не сделала аборт и не отказалась от меня в роддоме, я был сыт, одет, а что до любви – ну, сердцу не прикажешь.