Новгородский толмач

Об аудиокниге

Новый роман Игоря Ефимова, автора книг «Седьмая жена», «Архивы Страшного Суда», «Суд да дело», повествует о времени правления князя Ивана Третьего, о заключительном этапе противоборства Москвы с Великим Новгородом. В центре романа — молодой чех Стефан Златобрад, приезжающий в Россию в качестве переводчика при немецком торговом доме, но также с тайным заданием сообщать подробные сведения о русских княжествах своему патрону, епископу Любека. Бурные события политической жизни, военные столкновения, придворные интриги и убийства в Кремле всплывают в письмах-донесениях Стефана и переплетаются с историей его любви к русской женщине. Кажется, это лучший роман автора. Драма одного человека разворачивается на фоне широкого исторического полотна и заставляет читателя следовать за героем с неослабевающим волнением.

Слушать Новгородский толмач онлайн бесплатно

Еще от автора Ефимов Игорь

Действие этого шпионского детектива разворачивается по всему миру - Таллин, Вена, Ленинград, Москва, Бостон, Рим, Нью-Йорк. Изгнанники и авантюристы, террористы и разведчики, игроки и фанатики - все они связаны между собой. Связаны подозрением, любовью, ненавистью, ревностью, надеждой, но прежде всего их связывает страшный и загадочный Архив.

Бродский считал, что Игорь Ефимов «продолжает великую традицию русских писателей-философов, ведущую свое начало от Герцена». И вот теперь, опубликовав дюжину романов и полдюжины философских книг, Ефимов написал свой вариант «Былого и дум».

Из первого тома его воспоминаний читатель узнает, что его жизнь в России проходила под лозунгом «не верь, не бойся, не проси» задолго до того, как этот лозунг был отчеканен Солженицыным.

Ефимов — писатель-интеллектуал, читать которого увлекательно и легко. Иосиф Бродский сказал, что он "...продолжает великую традицию русских писателей-философов...", и при этом его книги полны жизни, страсти и почти кинематографического действия. Признанные мастера криминального жанра позавидуют детективной интриге романов Ефимова "Седьмая жена", "Архивы Страшного Суда" и особенно "Суд да дело", герои которого пытаются преодолеть центростремительную силу таинственных событий, влекущую их в смертельный водоворот кафкианского судебного кошмара...

Герой его не прошедшего советскую цензуру романа «Зрелища» (1967) Сережа Соболевский, влюбленный в актрису непрофессионального театра, которая в какой-то степени отвечает ему, но не раскрывается полностью и в конце концов отказывается принимать его жертву: я не хочу, чтобы ты меня любил, потому что «тебе больно от меня, а мне от тебя — нет».

Популярное в жанре Альтернативная история

Андрей Степанов - Господин барон. В новом мире освоиться совсем непросто. Куда сложнее делать это, когда с первых же дней попадаешь в гущу событий. Интриги, злодеи, преступники, помноженные на масштаб огромной империи! Нырнув в это с головой, очень сложно выбраться. Особенно, если все это делается ради не самой обычной девушки в самой большой стране мира.

Василий Панфилов - Время не ждет!. Изменений всё больше, и вот-вот История сорвётся неудержимой лавиной, сметая всё на своём пути. Мир никогда не станет прежним. К худу ли, к добру… Попаданцы сами не знают это, верша историю и искренне надеясь на лучшее – лично для себя, для страны или всего мира… Убит Рузвельт, СССР прекратило сотрудничество с США и вовсю сотрудничает с Германией.

Андрей Степанов - Связующее звено. Последнее задание исполнено. Не с блеском. И не так, как хотелось бы. Но все, кажется, успокоилось. Кроме бурлящих сомнений самого Максима. Что-то не так – в цепи событий не хватает связующего звена и ответа на главный вопрос: почему все это происходит и кто по-прежнему пытается использовать Максима в своих гнусных планах?

Емельян Пугачев заставил говорить о себе не только всю Россию, но и Европу и даже Северную Америку. Одни называли его самозванцем, авантюристом, иностранным шпионом, душегубом. Другие считали народным заступником и правдоискателем, признавали законным императором Петром III. Именно в этого неоднозначного человека, в самый разгар крупнейшего крестьянского восстания, попадает наш современник – далекий потомок Емельяна Пугачева.

Книга «Город без войны» – это подростковая фантастика, написанная в жанре постапокалипсиса. Перед нами альтернативный мир, похожий на наш, но без средств массовой информации. Тут нет ни телевидения, ни интернета. Безымянный город, в котором живёт главный герой, подросток Сашка, уже давно воюет с соседним городом Энском. По стечению обстоятельств Сашку обвиняют в измене, и он находит пристанище в рядах наёмников.

Итальянское государство рушится под натиском Красной Армии, Советский Союз заключает с Ватиканом Договор о Сосуществовании. Разбиты хорватские усташи, несколько стремительных ударов мехкорпусами ОСНАЗ выбивают из войны Венгрию. Высадившись на юге Франции, советские войска неудержимо продвигаются к Парижу. Все еще надеясь на потустороннюю помощь, Гитлер продолжает приносить массовые жертвы темному богу, а к папскому нунцию в Швейцарии приходит женщина с фальшивыми документами, которая просит католическую церковь принять у нее публичное покаяние.

Третий Рейх находится у последней черты. Потеряны плоды побед сорокового – сорок первого годов, и только Австрия, часть Польши, а также Богемия и Моравия пока остаются под властью немецких нацистов – поклонников «истинного арийского бога», имя которому Сатана. За два года, прошедших с начала войны, на востоке вермахт сильно ослаб, а Красная Армия в тяжелейших боях обрела невероятное могущество.

Третий континент и его союзник нанесли Арамантиде поистине сокрушительное поражение: воздушный флот взят в плен, столица захвачена, всюду устанавливаются чужие порядки. Непокоренным остался лишь мыс Горн, и авионерам предстоят бои не на жизнь, а на смерть. Их так мало решительных, героических авионер, а врагов целая армада. Неужели это окончательный разгром великой Империи?

Старший лейтенант морской пехоты Российской Федерации Степан Алексеев продолжает боевые действия против фашистов. Благополучно добравшись до легендарной «Малой земли», старлей почти сразу с горсткой бойцов уходит в рейд по вражеским тылам.

Там, где появляются не ведающие страха диверсанты, горят вражеские штабы, взрываются стоянки техники и десятками гибнут оккупанты… Но тут Алексеев обнаруживает немецкий аэродром, с которого взлетают пикирующие бомбардировщики, заваливающие фугасками позиции защитников «Малой земли».

В альтернативной Российской Империи у власти стоят потомки древнеславянских богов. С годами в обществе развивается малокровие, божественная сила слабеет, и генетическое наследие, передаваемое поколениями, становится все меньше и меньше. Проблемы в империи под стать ее божественной власти: мертвецы восстают из могил, города кишат нечистью, обеспечивая местной полиции постоянную занятость.

Вам также понравится

Он не просто капитан космического корабля, он подлинный вершитель судеб многих миров. Он создал могучий звездный флот и успешно противостоял вторжению роботов-берсеркеров. Даже искусственный суперинтеллект Келлер считает его гением. А ведущая галактического канала новостей Таша Ирда от него просто без ума. Между тем на своей родной планете будущий спаситель галактики был настоящим изгоем.

– И как твой жених отпустил тебя в Драконью империю?

– Да я его особо не спрашивала, – пожимаю плечами.

– Вот как, – он поворачивается и слегка склоняет голову на бок. – Как ты там сказала? У драконов принято обзаводиться любовницами?

– Наверное, – тяну я.

Какой-то неловкий у нас разговор получается.

– Что ж… – он берет с кровати мой постфон.

Нужно всегда помнить о друзьях и тем более нельзя забывать о врагах, особенно если волею судьбы ты стоишь на их пути к вожделенной цели. Владислав Воронов – попаданец, ярл и владыка магически измененных зверей – начал забывать о вражде с могущественным предводителем Ордена Чистых. Это стало его главной ошибкой, особенно учитывая то, что истинное лицо врага оказалось страшнее самых чудовищных подозрений.

Мечтаете об отдыхе? Вот и я мечтала! Пока на курорт не прибыл один наглый и напыщенный дракон.

И чего он так смотрит на мой браслет? О, нет. Он знает, что это такое.

Наша встреча превратится в мою погибель или…