Няня для главы сыскной полиции
«Инфомошенница! Аферистка! Продавщица воздуха!»
Как меня только не называли злые завистники, пока я, улыбаясь, зарабатывала миллионы.
Но неведомые силы, по велению своей левой пятки, забросили меня в другой мир.
Где на смену богатству и независимости, пришли нищета и злая мачеха.
А вместо прекрасного принца судьба подсунула сурового главу сыскной полиции, который угрожает мне вполне реальной тюрьмой, если я не стану его… няней.
Слушать Няня для главы сыскной полиции онлайн бесплатно
Что делает среднестатистическая ведьмочка, если ее на машине чуть не переезжает оборотень? Не знаю насчет среднестатистической, а я, Тата Звягинцева, сразу насылаю заклятие, напрочь убивающее страстные желания, и совершенно не важно, что снимать свои заклятия я еще не умею. Может это научит самоуверенного хама, что с ведьмами шутки плохи.
Вольга Звягинцева, одна из тройняшек-ведьмочек Звягинцевых, для открытия своего магазина нуждается в первоначальном капитале, но где его взять? Конечно же, переехать на новое место и устроиться на работу, где босс - ходячая реклама нижнего белья, а по совместительству еще и инквизитор, которому приказано найти и уничтожить нелегально прибывшую в город ведьму.
Меня зовут Ариэль Воронцова, и я в глубокой за… саде. Все началось на кладбище, когда я потеряла туфельку, а закончилось беременностью, слезами и побегом от неверного мужа. Или не закончилось? И судьба вновь столкнет меня с этим наглым и дико самоуверенным гадом, чтобы проверить на прочность наши чувства? Ну уж нет! Я на такое не подписывалась! Нам с детьми и без этого бабника отлично живется!
Краткое руководство по избеганию жизненных проблем:.
Первое: Не подрезай на заснеженной трассе чужой внедорожник.
Второе: Оказавшись ночью перед незнакомым оборотнем, уточни, не принял ли он тебя за отъявленную преступницу.
Третье: Прежде, чем стрелять в него электрошокером, узнай прогноз погоды, иначе ваша следующая встреча может быть не менее неловкой…
Что делает среднестатистическая ведьмочка, если ее на машине чуть не переезжает оборотень? Не знаю насчет среднестатистической, а я, Тата Звягинцева, сразу насылаю заклятие, напрочь убивающее страстные желания, и совершенно не важно, что снимать свои заклятия я еще не умею. Может это научит самоуверенного хама, что с ведьмами шутки плохи.
Диана Маш - Тата и медведь. Что делает среднестатистическая ведьмочка, если ее на машине чуть не переезжает оборотень? Не знаю насчет среднестатистической, а я, Тата Звягинцева, сразу насылаю заклятие, напрочь убивающее страстные желания, и совершенно не важно, что снимать свои заклятия я еще не умею. Может это научит самоуверенного хама, что с ведьмами шутки плохи.
Ар-Нейт - это хроники эпохи перемен, история войны - но глазами не политика, не правителя и не бойца, а наивной девочки. Той, что ищет свое место в мире, меняющемся слишком быстро. Той, которая никогда не выбирает из двух зол, а ищет третий путь. Той, что не умеет прокладывать маршруты по старым картам, и поэтому создает свою дорогу. Этот мир - колдовской.
Альтернативная Россия. Здесь драконы похищают заблудившихся детей, по коридорам бродит то, на что лучше не смотреть, а судьба волшебника – штрих-код на запястье и вечная охота. Ростислав Белецкий, самый могущественный и безумный маг своего времени, собирается свергнуть Илью Выгоцкого, магического владыку мира, и занять его место, чтобы возвысить магов над людьми.
«Какого покаяния ты ищешь, брат…?».
Блэк исчезает, оставляя Мири одну в Сан-Франциско спустя считанные дни после того, как они возвращаются из Бангкока. Никаких объяснений. Ни слова о том, где он, что он делает, что включает в себя его загадочный новый контракт или хотя бы на кого он работает. Блэк лишь оставляет ей таинственные намёки, как цепочка хлебных крошек ведущие её к тому, где он, что делает… что все это значит.
Мне всегда нравились сказки о русалках. Но быть одной из них? Нет, спасибо. И все-таки попала! Теперь я вынуждена исполнять роль принцессы подводного царства . Отец-тритон, пять сестер и хвостатый ухажер прилагаются. Да, принц тоже есть, вернее, король, еще и дракон в придачу. К нему-то мне и предстоит отправиться на Отбор в качестве фальшивой невесты, чтобы вернуть одну реликвию моему здешнему «папочке».
Словно чья-то невидимая рука встряхнула Магсквер, в магическом городе появляются трупы с лампами вместо голов. Метловая гонщица Джо после аварии может оседлать разве что скутер, ползающий со скоростью 50 километров в час.
Но она так привыкла нестись к цели, сломя голову, что уверена: убийца магов из элитарного общества «Два меча» от неё не скроется.
«Весь мир падет к твоим ногам, как только ты получишь диплом», – обещали мне. Но я и представить не могла, что упасть придется мне самой. Да не просто упасть, а свалиться в портал, который приведет к одному наглому некроманту. Контора «Свет души» распахнула свои двери, приоткрывая завесу чужих тайн. Убийство, всколыхнувшее южный город, заставило меня ввязаться в хитросплетения интриг.
Все по-разному переживают расставание. Женевьева, которую бросил мужчина ее мечты, рыдает на диване в обнимку с котами и опустошает рюмку за рюмкой. Может, горькие слезы и горькие напитки – как раз то, что лечит раненое сердце? Но Женевьева скоро узнает, что есть и другие лекарства: вера в себя и страстный роман с прекрасным незнакомцем.
Ди отправляется в процветающую деревню, где в прошлые века смертные и Аристократы мирно жили вместе. Семнадцатилетняя красавица Сибилла Шмитц спит там уже 30 лет с тех пор, как её укусил Аристократ, не просыпаясь и не старея. Грёзы о танцах в призрачном особняке, залитом синим светом, заманивают Ди туда, где все уже видели сны об этом прекрасном дампире...
«Тысяча одна страсть, или Страшная ночь» (1880) имеет подзаголовок «Роман в одной части с эпилогом. В «Романе» Чехова пародируются характерные черты романтически приподнятого стиля Виктора Гюго.
Глаза Антонио смотрят злым гением, он ведет напуганного Теодора к страшной пропасти, краю жерла потухшего вулкана, чтобы свершить месть, ведь они любят одну и ту же женщину.
Видный английский прозаик, один из крупнейших сатириков Великобритании. Родился в Лондоне, учился в Оксфордском университете и после недолгой карьеры учителя полностью переключился на литературную деятельность. В романе «Любовь среди руин» [Love Among the Ruins] (1953), главной мишенью сатирика становится фрустрация упорядоченного прозябания в «государстве всеобщего благоденствия».