Ограбление по-русски, или Удар «божественного молотка»

Оптимизм героя этой книги настолько заразителен, что несомненно прочитавшие ее печальники избавятся от уныния, разочарованные в любви вновь обретут надежду и решительность в поступках, охладевшие друг к другу партнеры воспламенятся новым желанием, отчаявшиеся откроют глаза и увидят радугу жизни. И все они от души посмеются над забавными, а то и странными приключениями неунывающего О'Бухаря, истинного донжуана, мужчины, живущего на "полную катушку".

Здравствуй, уважаемый незнакомец! Книга Ужас в Психиатрической больнице - Алена Осенняя не разочарует и заинтересует, но она не станет последней в твоей жизни. Необычные и оригинальные герои, которые вызывают интерес у зрителя, создают атмосферу в произведении.

На фоне живописных пейзажей хотелось бы оказаться рядом с ними и остаться как можно дольше.

Что скрывает в себе старое село? Какие ужасы Вите предстоит пережить? История про деревню где паранормальное и страшное таится в разрушенном доме, на улице и в лесу... Хотите страшную историю про деревню? Тогда эта аудиокнига в виде короткой истории для Вас!

Вивенцио бросили в темницу, выбраться из которой практически невозможно и узник гадал, какая участь ждёт его? Его отравят или убьют, заморят голодом? Но было совершенно очевидно, что судьба приготовила ему невиданные муки....

Деревня приходит в ужас после жестокого убийства старого колдуна. Его убийство напоминало сатанинский обряд, и было заметно, что его жестоко мучали перед кончиной. Последний родственник колдуна, вурдалак из Дикого леса, прибывает в деревню, где ему вовсе не рады, и норовят сжечь на костре. Но Горихвоста не страшит настроение местных и он принимается за допрос населения деревни Грязная Хмарь.

Ваня — продукт своего времени. Вполне себе обычный подросток — оболтус, умудрившийся «по собственному желанию» заработать исключение из школы в самом начале учебного года в десятом классе. Родители собираются сдать бестолковое чадо в платный колледж для подобных ему субъектов. Однако, навестив своего «неблагополучного» приятеля Димку, Ваня стал свидетелем событий странных и омерзительных...

Баночка треснула - и престарелая женщина медленно превращается в монстра. Ее сын, немолодой уже мужчина, сам медленно умирает от рака, но все равно выкуривает по две пачки папирос. А еще он страдает алкоголизмом и вынашивает мысль об убийстве собственной чудовищной мамаши.

Жуткая история на ночь! Приятного (или наоборот) - прослушивания!

Канун дня всех святых. Муж решает причинить боль своей жене, и выбирает для этого весьма оригинальный способ...

Традиционно страшная история прямиком из психиатрической больницы времён СССР. Жутко страшная история из реальной жизни человека.

Очередная страшная история про лес, деревню и то, что обитает в густых лесах. Мистика...

Борис Акунин - Часть Европы. От истоков до монгольского нашествия. «Страна, которую мы называем Древней Русью, так сильно отличалась от России послемонгольской эпохи, что через толщу минувших столетий кажется нам какой-то сгинувшей, легендарной Атлантидой… Был ли на самом деле Рюрик? Приглашали ли славяне варягов? Прибивал ли Олег щит на врата Цареграда?» Борис Акунин адресует свою историю отечества широкой читательской аудитории: людям, которым интересно узнать (или вместе с автором увлеченно вычислить), как было на самом деле.

Из этой книги вы узнаете, откуда появились рассказы о жизни Иисуса из Назарета, вошедшие в канонические Евангелия, как они передавались устно десятилетиями до момента их письменной фиксации в священных текстах и можно ли доверять памяти о них как надежному свидетельству.

Всемирно известный исследователь Библии и раннего христианства Барт Эрман опирается на новейшие исследования древней культуры, раннего христианства, механизмов памяти, принципов работы мозга и рассказывает, как и почему воспоминания о жизни и смерти Иисуса менялись с течением времени, прежде чем появилась и разрослась Церковь, построенная на его имени.

Китайский национализм — форма национализма, возникшая в конце правления династии Цин. После поражения в японо-китайской войне и интервенции восьми держав в общественном сознании китайцев оказался поколеблен синоцентризм, что требовало ответа и в плане официальной идеологии. Первым теоретиком китайского национализма явился Лян Цичао, который пытался использовать опыт реставрации Мэйдзи в Японии.

О внимании и строгости к словам, даже мысленно произносимым; о слове горячем, от всего сердца; о благодарности и милосердии; о воспитании приемных детей; о силе молитвы и о чтении Евангелия; об отношении к каждому человеку как образу Божию повествуют рассказы православного автора Б.А. Ганаго.