S-T-I-K-S. Тираж №...

Роман, не похожий ни на одну другую книгу «Вселенной Метро 2033». Сюжет, выстроенный так, что способен запутать даже самого опытного читателя. История мощная и трогательная. Герой, который войдет в анналы постъядерного мира, изменив его навеки. Сергей Кузнецов писал, ни на кого не оглядываясь. Получилась настоящая Книга.

В работе над диском принял участие талантливый сетевой композитор и писатель-фантаст Джей Рос.

"Роман о призвании, о следовании зову сердца. О жизни частного человека, меняющего мир малыми делами, который не хочет быть втянутым в грубую государственную игру. О мечте. О любви, которая бывает только одна в жизни. О родителях, ценность которых люди осознают, только когда они уходят".

В первой половине девяностых годов Сергей Кузнецов занимался филологической работой: писал монографию о поэтике Иосифа Бродского (номинация на премию Андрея Белого), изучал творчество Томаса Пинчона (и впоследствии написал комментарии к русским переводам романов "V" и "Выкрикивается лот сорок девять"), переводил Стивена Кинга и Сьюзен Зонтаг, публиковался в толстых журналах.

...

Сквозь странный сон, сквозь пространство и время, главный герой возвращается в детство, переживает то, что было и то, что только могло быть... Там, в снах, в другом мире — Валерка и Братик, и барабанщики... В реальности — приятель Володька... И как разорваться герою?

Но прошлое и настоящее рождают новое будущее. Не веревочка свяжет планеты, а дружба мальчишек...

...

Чтобы механизм общественной машины вертелся без скрипа, надо вовремя избавляться от попадающего внутрь мусора. Перед властями встает вопрос: а не является ли мусором для восстановленной Империи те, кого нельзя назвать полноценными членами общества, — неизлечимо больные и беспризорные дети, инвалиды, одинокие пенсионеры? Не удалить ли их из механизма во имя прогресса и блага социально полноценных граждан?.

Инопланетяне уже повсюду! Они продают нам водку, мы голосуем за них на выборах. Они охмуряют народ, чтобы казаться добренькими, а на самом деле это — зеленые, скользкие и противные твари. И ещё — они едят лягушек! Казалось бы, Земля в опасности, но живут на ней Серёга Тютюнин и Леха Окуркин. Сдав бутылки, они начинают действовать, а значит, инопланетянам несдобровать…

При случайной встрече на морском побережье Торвард, конунг фьяллей, невольно убил Скельвира, приняв его за Бергвида Черную Шкуру, своего давнего врага. У Скельвира нет сыновей, за него некому мстить. Его дочь, Ингитора, оказывается перед выбором: выйти замуж и предоставить право мести мужу или же попытаться сделать это самой. Она не воительница, зато обладает сильным поэтическим даром, и мстит за смерть отца, складывая о Торварде позорящие стихи.

[/b].

Человеку мало тех возможностей, которые даны ему природой. Он всегда хочет чего-то большего. Больше силы. Больше власти. Быть не таким, как другие. Быть НАД всеми. Но многие ли готовы принять волшебный дар и распорядиться им по уму и справедливости?

Приграничье — заснеженные территории, вырванные из нашего мира в королевство постоянного мороза. В данном негостеприимном месте и зимой и летом дуют холодные ветра, а люди ни разу не расстаются с оружием. Былой патрульный по прозвищу Лёд возвратился в Приграничье не по собственной воле, и основное ему сейчас вырваться обратно в обычный мир.

Приграничье — суровые заснеженные земли, вырванные из нашего мира. Большую часть года там царит стужа, лишь в мае приходит долгожданное тепло. Но весеннее потепление обманчиво, подтаявшие днем сугробы с заходом солнца покрываются коркой льда, и столь же обманчивы улыбки и обещания. Люди не меняются. Те, кто привык убивать долгими зимами, без малейших колебаний выстрелят в спину в любое время года; нужен только повод.

Ольга Громыко – русскоязычная писательница из Беларуси, снискавшая известность своими книгами в жанрах фэнтези и космической фантастики. Писатель Андрей Уланов – её соотечественник, известный своими произведениями в жанре юмористической фантастики. Их творческий союз дал начало миру Космоолухов, который затем получил развитие уже в сольных книгах Ольги Громыко.

Работа космического дальнобойщика рутинна и скучна. Ну разве что некондиционный груз попадется, безбилетники на борт пролезут, авария приключится, пассажиры забудут кое о чем предупредить, инопланетные чудища нападут или старые знакомые на огонек бластера заглянут. А так – тишь да гладь… И чего капитан вечно недоволен?!

Тесла и Филиппов – величайшие умы современности. Они действительно полагали, что разрушительная сила нового оружия сделает войны бесполезными, что страх взаимного уничтожения заставит людей решать конфликты и противоречия путем переговоров. Но как же они ошибались.

И как бы лидеры Большой пятерки ни боялись задействовать находящиеся у них могучие генераторы Теслы, война всегда была и остается одной из граней международной политики: где заканчиваются слова, говорят пушки.

С первого дня под одной крышей мой сводный брат, казалось, делал все, чтобы жизнь не казалась мне медом. Я научилась отвечать на его злые шуточки и не принимать обиды близко к сердцу. Мы ненавидели друг друга – что может быть проще! Только однажды он вытащил меня из серьезной передряги. И теперь я ему вроде как обязана. А еще – родители уезжают к морю, а мы по несчастливой случайности остаемся дома одни.

На страницах первого романа оригинальной и остроумной английской писательницы разворачиваются головокружительные приключения Кэрон Карлайл: ей удается подняться из руин и… попасть в объятия сразу двух влюбленных в нее мужчин.

Боги создают людей, но откуда ведут свое происхождение сами боги? Вселенная склонна к странной иронии — в свою очередь люди способны создавать богов. Однако это непростое занятие, и создателям богов не избежать ошибок, а их детищам — тяжелых испытаний. Мало кто может ожидать что неожиданно для себя самого может оказаться сырьем для будущего бога..

У написанного нет цели учить, настаивать, диктовать. Диссонанс и дискомфорт в связи с написанным, объяснимы – книга глубоко контркультурна. Не только российское, но и всё мировое искусство, баюкает, ластится, отупляет. Готовит к смерти. Но это потом, в своей же предтечи, абсолютно любая культура или искусство, любые сложные кардинальные изменения, раздражают.