Жена чайного плантатора

Николь – наполовину француженка, наполовину вьетнамка, дочь торговца шелком, живущего в Ханое накануне краха французского господства в Индокитае. Ее отец оставляет семейное предприятие старшей дочери Сильвии, младшая же – легкомысленное создание, по мнению родных, – по достижении совершеннолетия получит только старый магазин. С детства Николь убеждена, что сестра презирает ее за азиатские черты лица; таких полукровок, как она, в городе осыпают насмешками и бранью.

Впервые повесть опубликована в журнале «Русская мысль», 1887, ноябрь, с предисловием. Заглавие было проставлено после предисловия; рассказ имел подзаголовок: «Из историй о трех праведниках». В 1888 и 1889 годах «Инженеры-бессребреники» дважды переиздавались отдельно Сувориным («Дешевая библиотека»), но уже без предисловия.

В тридцатых годах истекающего столетия в петербургском инженерном училище между воспитанниками обнаруживалось очень оригинальное и благородное направление, которое можно назвать стремлением к безукоризненной честности и даже к святости.

Сюжет книги начинается трагическими событиями. Потеряв в одночасье мужа и квартиру, Валерия с маленькой дочерью на руках оказалась на улице чужого, равнодушного к ее судьбе города. В этом сплошном жизненном ненастье прошли 4 года. Однако молодая женщина, вернувшись на родину, не находит у близких людей ни помощи, ни понимания, ни сочувствия.

"Рай под тенью сабель" - первый их трех романов цикла "Эшафот", посвященного кавказской войне XIX века и основанного на документальных материалах участников этих событий.

Русско-кавказская война - грандиозное драматическое явление в русской истории. Она длилась около шестидесяти лет и стоила России огромных финансовых затрат и человеческих жертв.

Их номера в небольшом парижском отеле случайно оказались рядом. И тогда — волнующим мужским голосом через тонкую стену — он вошел в ее жизнь.

Но зачем ему такая, как она? Зачем ему женщина, на лице которой время уже успело оставить свои следы? Ему — молодому, умному, талантливому, успешному, мужественному, окруженному женской любовью?

Что это за книга? Это веселая детская книга... или веселая не детская книга, или веселая книга для умных детей, или для умных взрослых, которые помнят себя детьми.

О чем эта книга? Это книга о времени, о жизни, о философии и о философствовании. Сам автор охарактеризовал ее так: "книга о нравственной сущности вещей, явлений, понятий". "только произносить эти слова надо разухабисто." Это уже я, Князев, добавил)

"Чудаки", рассказывает о вырождении русского дворянства начала ХХ века, написан Алексеем Толстым в период эмиграции. А. Н. Толстой — правдивый и беспощадный обличитель темных жестоких сторон прошлого, продолжатель традиций классического критического реализма — вначале искал своих положительных героев в пределах старого общества, хорошо знакомой ему дворянской и интеллигентской среды.

Я иду медленным шагом сквозь тесные ряды сомкнувшихся сосен, одной рукой цепко перехватив ружье, другой отклоняя от себя удары веток и напряженно вглядываясь вперед. Я слышу свое дыхание — глубокое, волнующееся, шорох сухих игол под ногами, вздохи августовской ночи.

Семья Тейлоры - Саманта и Джон находятся в браке уже долгие годы в казалось бы счастливом браке. Джон комплексовал, потому-что жена всегда тянула лидерство за собой - была более успешной, красивой и умной. В итоге Джон нашёл себе другую женщину, ту которая ему подходила идеально. Саманта же поддалась на уговоры подруги сменить обстановку на более провинциальную, и они уехали за город на ранчо.

После завершения работы над "Мемуарами принцессы" Султана не собиралась более издавать книг, поскольку королевская семья крайне негативно восприняла столь неслыханную дерзость и сурово покарала ослушницу. Но жизнь вносит свои коррективы, и принцесса сочла необходимым вновь прибегнуть к помощи Джин Сэссон. Так появилась вторая книга, "Дочери Султаны", основанная на реальных фактах и событиях из жизни семьи Султаны.

Прозаик Игорь Сахновский – автор романов «Насущные нужды умерших», «Человек, который знал всё» (награжден премией Б. Стругацкого «Бронзовая улитка», в 2008 году экранизирован) и «Заговор ангелов», сборников рассказов «Счастливцы и безумцы» (премия «Русский Декамерон») и «Острое чувство субботы».

«Свобода по умолчанию» – роман о любви и о внутренней свободе «частного» человека, волею случая вовлечённого в политический абсурд.

За двенадцать лет Аленин многого достиг в этом мире. Очередная задача, которую он поставил перед собой – доказать эффективность тактики применения малых разведочных и диверсионных групп, вооружённых автоматическим оружием, в тылу противника, – начала потихоньку выполняться. Аленин-Зейский и его пулемёты Мадсена отметились при штурме фортов крепости Таку и Восточного арсенала города Тяньцзинь, а также при обороне Благовещенска.

В последний раз, когда я видела младшего брата своей подруги, он был малолетним занудой с брекетами. Но теперь он вырос и стал так греховно сексуален, что, задерживая на нем взгляд, я не могу перестать думать о его теле. Уже третье сутки мы вынужденные соседи, и напряжение между нами растет с каждым часом. Когда Кэннон доверяет мне секрет, связанный с его личной жизнью, все становится только запутаннее.

Притягательность концертного бэкстейджа и связанные с ним мифы и интриги – двигатель нового романа Тейлор Дженкинс Рейд. Это глубоко личная история, полная эмоций, зажигательного рок-н-ролла и неоднозначных характеров.

Рок-группа «Дейзи Джонс & The Six» стала настоящей легендой, а ее солистка, Дейзи, иконой своего времени.

Едва ли не каждая девчонка мечтала вырасти и стать такой же яркой и талантливой, как Дейзи.

Представьте, что поступки человека влияют на то, в кого он переродится в следующей жизни. Чем больше хороших поступков, тем выше следующий статус. Кармические часы — инструмент, который предсказывает статус после реинкарнации. У работника страховой фирмы Тома Чичелли есть все шансы переродиться снова в человека, пока однажды инструмент вдруг фиксирует резкое падение кармы и у Тома остается не так много времени на то, чтобы разобраться в чем тут дело, и как исправить то, что еще поддается исправлению.