Женщина-демон
На берегу моря стоит башня. Белая башня принадлежит женщине, цвет которой — белый: белые лицо и руки, белые одеяния, белые скалы у берега моря. И только её волосы кроваво-красного цвета. Она ждёт рыцаря. И когда этот рыцарь войдёт в её башню, она подарит ему неземную любовь, а взамен заберёт его разум и силы, он же заплатит за это жизнью. А потом она опять будет ждать, целыми днями глядя на море. Но однажды всё пошло по-другому.
Слушать Женщина-демон онлайн бесплатно
Старики знают, о чём говорят. Ведают, что делать, когда приходит сушь; когда солнце губит жнивье и давит человека к земле. В таком мудреном деле всегда поможет опойца — покойник, отдавший Богу душу через насилие, но так и не нашедший упокоения на освященной земле. Сам языческий обряд довольно прост: опойцу следует предать трясине. Только такое приглашение примет дождь.
Путешествуя по Греции, Шарлотта из окна отеля замечает небольшую церковь на острове в полумиле от берега, о которой местные не хотят рассказывать. Когда она из любопытства вплавь переплывает на остров, то понимает, что церковь не похожа на те православные храмы, что она привыкла видеть в Греции. А вскоре она осознает, что некто с нетерпением ждал ее прибытия. .
Уродливая, мрачная каморка с низкими потолками словно покрыта налетом запустения и безжизненности. Вытянутая в длину она больше походила на гроб, а не жилое помещение. В одном углу стояла грубо сколоченная из досок кровать с дырявым матрацем, набитым прелой соломой. Пола не было, вместо него - сырая, влажная, холодная почва. В другом конце – такой же грубый стол.
Перед вами откроется мир ночной глубины. Словно капитан Немо вы проплывёте мимо занимательных событий. И, быть может, застынете в изумлении у холодного иллюминатора, дивуясь чудесами, происходящими под покровом тайны. И снова настанет утро, а там и четвёртый день убырьей недели — обязательная сиеста, традиционно прерывающая кровавый пикник упырей.
Этот Чудак Мартин был безумен как мартовский заяц, твердил, что умер во время наводнения. Иногда кровь не билась в его жилах — ни в висках, ни в груди, ни в запястье. Мартин частенько лез в канаву, лежал там часами среди мусора и окурков, или на дегтярной бочке. Он мог столько лежать неподвижно, что на него заключали пари. Но мисс Велдон считала, что в нем просто умерли желания…
Ктулху. В этом романе нет Ктулху. А все остальное, пожалуй, тут есть. Ах да, еще в нем нет Интернета, его запретили Инсеки! И Луны нет, поскольку они раздробили ее на куски. Над Землей теперь Лунное кольцо с двумя самыми большими осколками – Селеной и Дианой.
Но все уже привыкли. К тому же теперь есть кристаллики, за которые Продавцы могут продать что угодно.
"На следующей неделе приехала Берта и нагрянула, как вихрь, на мирное жилище профессора, со своими сундуками, чемоданами, радостными надеждами на веселый сезон и только что проснувшимся сознанием своих чар. Мистрис Геррик приняла материнское участие в предстоявших ее дочери удовольствиях, и даже слуги приняли участие в общей суматохе, которая объяла весь дом и, проникнув, наконец, до кабинета профессора, разбудила его самого от энтомологических мечтаний.
«Тайна зимней ночи» – фантастическая повесть Светланы Казаковой, третья книга цикла «Город, где живёт магия», жанр любовное фэнтези, городское фэнтези.
От новогодней ночи ждут чудес. Но чего ожидать, если живёшь в мире, где магия является неотъемлемой частью? Любимый человек задержался в командировке, кузина убежала из дома, где-то поблизости затаился охотник за артефактами… эта зимняя ночь будет долгой и непредсказуемой.
Идею рассказа Антон Чехов вынашивал много лет — первые записки о нем в дневнике писателя датируются 1892 годом. А окончательный замысел сформировался только в 1899 году.
«Как-то, еще когда жил на даче Иловайской, Антон Павлович вернулся из города очень оживленный. Случайно он увидал у фотографа карточку таврического епископа Михаила. Карточка произвела на него впечатление, он купил ее и теперь дома опять рассматривал и показывал ее… Мысль об архиерее, очевидно, стала занимать Антона Павловича», — Сергей Щукин, коллекционер, друг Антона Чехова.