Зимняя сказка

Невероятный сплав технического триллера и психологической фэнтези. Драконов собирают на фабриках, грузы перевозят странные чудовища, а маленькая девчонка - то ли фея, то ли нет - похищает старого железного дракона и улетает в неизвестный, злой и прекрасный мир войн и любви... Культовый роман Майкла Суэнвика, мастер смешения стилей и непредсказуемых поворотов сюжета, соединяющий в странной смеси низкое и высокое, Майкл Суэнвик.

Солнечная Система превратилась в один огромный мегалополис, где могущественные транспланетные корпорации соседствуют с орбитальными «трущобами», где одни люди программируют себя по облику и подобию популярных героев, а другие добровольно становятся ячейками глобального искусственного разума. Но и в этом столь необычном мире находится место для чистых и светлых человеческих чувств...

Женщина-космонавт, застрявшая на спутнике Юпитера с мертвой напарницей на руках и запасом кислорода на сорок часов, отправляется в последнее путешествие, пытаясь выжить и не сойти с ума. Один из самых сильных рассказов Суэнвика, который после бесконечных номинаций получил за него свою первую премию Хьюго. Пронзительное повествование об усталости и одиночестве, о тонкой грани между здоровым человеком и безумцем.

Вскрытие червеобразного пришельца оборачивается для хирурга-неудачника путешествием по закоулкам личного ада.

Молодая пара переезжает в новую квартиру и обнаруживает утерянную цивилизацию в морозилке старинного холодильника GE «Monitor-Top» 1927 года, оставленного предыдущим хозяином жилья. Подобно двоим «высшим существам», следят они за бегущим по ту сторону временем, которое всегда проходит и сменяется новым... .

...

Сквозь странный сон, сквозь пространство и время, главный герой возвращается в детство, переживает то, что было и то, что только могло быть... Там, в снах, в другом мире — Валерка и Братик, и барабанщики... В реальности — приятель Володька... И как разорваться герою?

Но прошлое и настоящее рождают новое будущее. Не веревочка свяжет планеты, а дружба мальчишек...

...

Чтобы механизм общественной машины вертелся без скрипа, надо вовремя избавляться от попадающего внутрь мусора. Перед властями встает вопрос: а не является ли мусором для восстановленной Империи те, кого нельзя назвать полноценными членами общества, — неизлечимо больные и беспризорные дети, инвалиды, одинокие пенсионеры? Не удалить ли их из механизма во имя прогресса и блага социально полноценных граждан?.

Инопланетяне уже повсюду! Они продают нам водку, мы голосуем за них на выборах. Они охмуряют народ, чтобы казаться добренькими, а на самом деле это — зеленые, скользкие и противные твари. И ещё — они едят лягушек! Казалось бы, Земля в опасности, но живут на ней Серёга Тютюнин и Леха Окуркин. Сдав бутылки, они начинают действовать, а значит, инопланетянам несдобровать…

При случайной встрече на морском побережье Торвард, конунг фьяллей, невольно убил Скельвира, приняв его за Бергвида Черную Шкуру, своего давнего врага. У Скельвира нет сыновей, за него некому мстить. Его дочь, Ингитора, оказывается перед выбором: выйти замуж и предоставить право мести мужу или же попытаться сделать это самой. Она не воительница, зато обладает сильным поэтическим даром, и мстит за смерть отца, складывая о Торварде позорящие стихи.

[/b].

Человеку мало тех возможностей, которые даны ему природой. Он всегда хочет чего-то большего. Больше силы. Больше власти. Быть не таким, как другие. Быть НАД всеми. Но многие ли готовы принять волшебный дар и распорядиться им по уму и справедливости?

Приграничье — заснеженные территории, вырванные из нашего мира в королевство постоянного мороза. В данном негостеприимном месте и зимой и летом дуют холодные ветра, а люди ни разу не расстаются с оружием. Былой патрульный по прозвищу Лёд возвратился в Приграничье не по собственной воле, и основное ему сейчас вырваться обратно в обычный мир.

Приграничье — суровые заснеженные земли, вырванные из нашего мира. Большую часть года там царит стужа, лишь в мае приходит долгожданное тепло. Но весеннее потепление обманчиво, подтаявшие днем сугробы с заходом солнца покрываются коркой льда, и столь же обманчивы улыбки и обещания. Люди не меняются. Те, кто привык убивать долгими зимами, без малейших колебаний выстрелят в спину в любое время года; нужен только повод.

Ольга Громыко – русскоязычная писательница из Беларуси, снискавшая известность своими книгами в жанрах фэнтези и космической фантастики. Писатель Андрей Уланов – её соотечественник, известный своими произведениями в жанре юмористической фантастики. Их творческий союз дал начало миру Космоолухов, который затем получил развитие уже в сольных книгах Ольги Громыко.

Работа космического дальнобойщика рутинна и скучна. Ну разве что некондиционный груз попадется, безбилетники на борт пролезут, авария приключится, пассажиры забудут кое о чем предупредить, инопланетные чудища нападут или старые знакомые на огонек бластера заглянут. А так – тишь да гладь… И чего капитан вечно недоволен?!

Тесла и Филиппов – величайшие умы современности. Они действительно полагали, что разрушительная сила нового оружия сделает войны бесполезными, что страх взаимного уничтожения заставит людей решать конфликты и противоречия путем переговоров. Но как же они ошибались.

И как бы лидеры Большой пятерки ни боялись задействовать находящиеся у них могучие генераторы Теслы, война всегда была и остается одной из граней международной политики: где заканчиваются слова, говорят пушки.

Древний Рим, I в. до н. э. На улицах бесчинствуют жестокие банды, не щадя ни плебеев, ни патрициев. Знатный римлянин Деций Цецилий Метелл Младший расследует вроде бы ничем не примечательные убийства бывшего раба и иноземного купца. К своему ужасу, молодой патриций обнаруживает: следы интриг и коррупции ведут в самые верхи власти. Не только жизнь Метелла, но и сама Римская республика оказываются под угрозой...

Сказки в стихах рассказывает малышам добрый сказочник Баниласка. .

Только чтобы сказки слушать,.

Надо хорошенько кушать.

Баниласка посидит,.

За тобою поглядит,.

Сказку новую расскажет,.

Мемуары выдающегося писателя и историка литературы Эммы Герштейн (1903 г.р.) посвящены Осипу Мандельштаму, Анне Ахматовой, Борису Пастернаку, Льву Гумилеву, Николаю Харджиеву и другим литераторам и ученым, без которых мы не можем представить XX век русской культуры. Под полемическим пером Э. Герштейн возникают не только `картины литературного быта` Москвы и Ленинграда 20-60-х годов, полные драматизма, но и появляется ушедшая эпоха великих потрясений в своей трагической полноте.

Бывает так, что собственная жизнь приносит человеку только страдания.

Пётр Петрович Непрушин за сорок лет своей жизни полностью свыкается с ролью неудачника и тряпки.

Он отлично понимает, что его жизнь - это результат его личных поступков.

Это его ответственность и винить, кроме себя - некого...

Так трудно, ну просто невозможно свернуть с привычного пути "мягкотелой несуразности".